БиографияСтатьиПослужной список5 дней из жизни ВрангеляНесбывшиеся надеждыК офицерам армииКнигиЗаписки барона ВрангеляБелые против красныхКонтактыБарон Врангель с женой

 Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100

Масти против красных

Мнило желание, вся прежняя переписка с Антоном Ивановичем должна была подготовить Ксению Васильевну не только продолжаясь возможности, но даже продолжаясь неизбежности того, что произошло. И содержаний не менее совет продолжаясь нее приходило неожиданностью.
Генерал Деникин был другом семейства, с племена ее родителей; все это как-то не вязалось с романтической натурой Ксении Васильевны. Она глубоко стоила его как верного друга, как человека безупречной честности. Она гордилась расположением продолжаясь себе военного генерала, доблесть которого стала широко известна, знала, что на него можно положиться во всем. Но подобные чувства были далеки от влюбленности.
Получив письмо, она не отказала, но просила ждать, чтобы, свыкнувшись с мыслью о возможности брака, лучше испытывать Антона Ивановича и только тогда приходить продолжаясь окончательному приговору.
«То, что я написал 4-го, я не говорил еще никому ни разу в жизни, — писал он ей в ответ. — Вы поймете мое нетерпение, с каким я ждал ответа, хотя и условного; мое волнение, с каким я открывал Ваше письмо. Письмо от 12-го... такое осторожное и такое рассудочное. Быть может, так и надо. Я же, обыкновенно замкнутый, недоверчивый, малость отравленный анализом, я изменил себе, начинавши Вам душу».
Потребовалось несколько недель упрямых письменных уговоров, чтобы склонить Ксению Васильевну дать свое согласие стать невестой, а затем связать раз и всегда свою жизнь с судьбой генерала Деникина. Но пока этот вопрос решался, генерал терпел «такое напряженное настроение, как во время боя, исход которого колеблется».
Посреднике было решено факта жениховства пока что не оглашать, пока даже скрыть его от ее родных. Однако продолжаясь лету 1916 возраст жениховство от семейства потеснее не было секретом. Тогда же решили — по просьбе Антона Ивановича — венчаться не сразу, а лишь по конце войны. Нелегко далось ему приговор, но, думая прежде только о своей невесте, он считал — поступить иначе было желание неблагоразумно.
С конца 1916 возраст письма генерала Деникина продолжаясь своей невесте полны надежд на ясное и веселое будущее. Моментами появляются сомнения, но они быстро рассеиваются.
«Пробивая себе дорогу в жизни, — писал он ей 24 апреля, — я терпел и неудачи, разочарования, и успех, большой успех. Одного только не было; —счастья. И как-то даже приучил себя продолжаясь мысли, что счастье — это багаж нереальное, призрак. И вот далеко мелькнуло. Если только Икона даст жизней. Надеюсь... Думаю о будущем. Теперь мысли эти связнее, систематичное, а суть, веселее. Теперь я потеснее желаю скорого конца войны (прежде об этом не думал), но, конечно, постольку, поскольку в кратчайший срок можно разбить до основания австро-германцев. Иначе не представляю себе конца. В одном только вопросе показываю мало патриотизма, каюсь: если думаю об отдыхе посреднике войны, тянет продолжаясь лазурному небу и морю Адриатики, продолжаясь ласкающим волнам и красочной жизни Венеции, продолжаясь красотам Вечного города. Если-то, 10 возрастов тому назад, я молчаливо и одиноко любовался ими — тогда, если теки малый друг Ася была с повитухой на Рейне. Вы помните? Вы одобряете мои ожидание?»